Главная Случайная страница


Категории:

ДомЗдоровьеЗоологияИнформатикаИскусствоИскусствоКомпьютерыКулинарияМаркетингМатематикаМедицинаМенеджментОбразованиеПедагогикаПитомцыПрограммированиеПроизводствоПромышленностьПсихологияРазноеРелигияСоциологияСпортСтатистикаТранспортФизикаФилософияФинансыХимияХоббиЭкологияЭкономикаЭлектроника






АГОУ СПО «Саяногорский политехнический техникум», г. Саяногорск

 

15 февраля в России отмечается День памяти вывода советских войск из Авганистана. Длилась эта война долгие 10 лет. Зима 12 декабря 1979 год, руководством Cоветкого Cоюза,принято решение о вводе огранниченого контингента в ДРА, для оказания для интернациональной помощи братскому афвганскому народу. Отсчёт пошёл...

27 декабря началась операция штурм по захвату дворца Тадж-бек, отрстранению от власти Амина. Каждый из сотен тысяч прошедший эту войну стал частью Афганистана, которая так никогда и не смогла поглатить всей пролитой на ней кровью.

Один из них, мой родной дядя, Петров Николай Николаевич. Родился в 1964. Был призван шушенским военкоматом в 1982.

Одна из его историй...

Служил водителелем в автобате. Был дан приказ отвезти груз, не останавливаться... Ему дорога была знакома, сколько километров по дорогам этй могучей станы прошёл его могучий зилок, всё было: и бои, и засады душманов на трассах... Колонна машин была отпавлена из Кушкина в Шиндант, по дороге в Шиндант было много неприятностей, на дороге стояли горящие автомобили в них горели заживо люди, но был приказ не останавливаться , их сталкивали в кювет... После прохождения дороги у него произошёл нервный срыв, дошли до Шинданта - у него отказали ноги... Его вытащили из машины в Шинданте и положили в госпиталь.

Очнулся в госпитале...

В 19 лет буквально заново учился ходить, это было невыносимо... Дальше мне дорога была закрыта... Лежа в госпитале ко мне в палату зашёл комбат, он принёс мне письмо. В письме было написано, что мать находится в тяжёлом состоянии, он спросил: - ты поедешь домой или останешься здесь?- так как ты не в состоянии ходить, - я не смогу дойти, но доползу... Похоронил мать, приехал в Туркмению, посёлок Каахка, дослуживал службу там... всё хватит об этом...

Дальше он не мог рассказывать без слёз. Я первый раз видел как плачет взрослый мужчина… Тяжело… Но жизнь продолжается. Сейчас он живёт в Саяногорске, работает на СШГЭС, воспитывает троих детей.

Каждый год происходит встреча с друзьями-однополчанами. И этот год не будет исключением. 15 февраля 2014 г. они встречаются вновь. И это “Боевое братство” останутся Афганцами навсегда…

 

Афганская война в судьбе моих близких

Матюнина Мария

МБОУ «Бейская ОШИ», с. Бея

Войдя во двор, Нина Сергеевна поняла: Иван вернулся! По каким-то только ей известным материнским приметам догадалась: он на своём любимом месте - там, в сарае, как было в детстве, свернувшись калачиком, спит на соломе. Кинулась туда, распахнула двери и… ноги не выдержали, подкосились. Охнув, она села. Её старшенький Ванечка спал сном младенца. Только выправка солдатская да форма говорила, что вернулся он не просто из армии, а с войны…

Так состоялась долгожданная встреча моей бабушки, Матюниной Нины Сергеевны, с её сыном, Матюниным Иваном Егоровичем, который вернулся после боевых действий в Афганистане. Ни она, ни её родные не представляли, что придётся пережить такое. Думали: прошли бои с Германией, где наши прадеды, не смотря на все трудности того времени, стали победителями, и больше такого не будет. В этой войне моим родственникам пришлось на себе ощутить, что значит потерять дорогих людей: мужей, отцов и сыновей. В годы Великой Отечественной войны оба моих прадеда погибли. Цена победы была слишком высока. И, вот 1979 году вновь разгорается война. Афганистан оказался поприщем яростного противоборства двух сверхдержав: СССР поддерживал силы, звавшие к социализму, спецслужбы США - исламских фундаменталистов, создавших в Пакистане сеть военных лагерей и баз для подготовки моджахедов. СССР не остался в стороне от этих событий. Началась Афганская война.

В «горячие точки», отправляются наши мужчины. Среди них из первых ушёл мой дядя, Матюнин Иван Егорович. Он был призван в ряды Советской армии в 1980 году. Провожая сына в армию, родители и не догадывались, что ждёт и их, и их сына. А Ивану выпала война. Он проходил учебные курсы в Сурхандарьинской области, в городе Термез. После чего был отправлен в город Бограм. Служил он связистом, и ходить с автоматом в бой, и стрелять и, к сожалению, убивать тоже приходилось. Его профессиональной задачей было обеспечение бесперебойной связи. А это значит и днём, и ночью лезть и восстанавливать оборванные линии передач, порою под прицелом снайпера. Взросление в такие дни и месяцы идёт быстро. И вот он уже не просто Ваня, это Иван Егорович, так уважительно называли его товарищи. Он понимает цену каждого прожитого дня. Встав утром он радуется солнцу, свету, глотку воды, каждому прожитому новому дню. А где-то далеко, в Мордовии, так же рано утром поднимается мать, чтобы помолиться за любимого сына. Возможно, он жив благодаря материнским молитвам и своему мужеству и стойкости, правда, не обошлось без ранений.

В воспоминаниях моего дяди часто звучат имена его друзей, тех, кто остался там, в Афганистане, и тех, кто пришёл, как и он, живым домой. Воспоминания о войне не оставляют в покое бывшего солдата, он не может говорить об этом вслух. Но, уступая моим вопросам, все, же скупо и сжато пытается рассказать. И я начинаю понимать, что такое война.

На мой взгляд, война учит нас ценить жизнь. Она даёт нам героев. Ибо, как сказал один из великих: « Тот, кто не помнит истории, обрёчён на её повторение». Война-это плохо. Ее не должно быть, но помнить о ней мы обязаны. И ещё хочу привести в пример слова Ремарка: «Быть может, только потому вновь и вновь возникают войны, что один никогда не может до конца почувствовать, как страдает другой».

 

Лопоухий вратарь

Налимов Святослав

МБОУ «Майнская СОШ», п. Майна

Мы с отцом идем по протоптанной в снегу многими сотнями ног тропинке через футбольное поле поселка Майна.

Отец неторопливо рассказывает о том, как именно здесь, в начале семидесятых, он вместе со своими сверстниками строил хоккейную коробку, а затем, каждый год, они сами заливали лед и самозабвенно играли в хоккей.

-Знаешь,- говорит он, - именно тогда наши хоккеисты впервые встретились в знаменитейшей «суперсерии» с канадскими профессионалами и одержали победу в этом турнире. Тогда эти встречи показывали по телевизору далеко за полночь, но вся страна смотрела эти ледовые сражения, а утром мы – школьники, не выспавшиеся, так же как и наши учителя, шли в школу и там увлеченно обсуждали эти матчи. Хоккей объединил нас, и вся страна стала одной командой. А нашими кумирами на всю жизнь стали: Харламов, Михайлов, Петров, Третьяк, Васильев, Мальцев и многие другие хоккеисты той нашей непобедимой советской сборной. Это было время всеобщего увлечения хоккеем и я больше никогда не видел в своей жизни такой всенародной любви к какому-либо другому виду спорта, такой любви к его представителям и такого всеобщего восторга по поводу одержанных в Канаде побед. Это замечательно, когда народы мира сражаются друг с другом не на кровавом поле боя, а на спортивных аренах, площадках и рингах.

Вспоминая свою юность, он некоторое время идет молча и сосредоточенно, и только легкий скрип снега под нашими ногами нарушает зимнюю стылую тишину.

Стряхнув задумчивость, отец продолжает свой рассказ:

- Так уж сложилось, что в хоккее все хотят быть нападающими, на худший случай - защитниками, но никак не вратарями.

В нашей хоккейной команде на воротах стоял Пивин Сережка – мы в то время учились, кто в девятом, а кто и в десятом классе, он же учился только в шестом.

Невысокого роста, щуплый, как - то весь теряющийся в громоздкой хоккейной амуниции, с торчащими из - под шлема в разные стороны лопухами ушей, он вставал в ворота и с удивительной для этого хрупкого тела мужественностью, бросался под летящие шайбы.

Может, именно тогда это и стало сутью его натуры – защищать, невзирая ни на что, эти ворота, а позже - и всю страну.

Мы сидим в доме того «маленького вратаря». Теперь это уже пожилой мужчина, лицо которого изборождено многочисленными морщинами, И только по - прежнему торчащие в стороны уши еще могут кому-то напомнить те беззаботные семидесятые, окончившиеся для нашей страны Афганской войной.

-Дядя Сережа, - начинаю я, - расскажите, как вы попали в Афганистан?

- В 1979 году, когда началась Афганская война, я еще учился в школе. Нам говорили, что введение наших войск в эту страну вызвано необходимостью оказания интернациональной помощи братскому афганскому народу. Но, по большому счету, тогда никто из нас и не задумывался над тем, когда и где мы с этим народом побратались и нужна ли ему наша помощь.

К маю 1981 года, когда меня призвали в армию, страна уже хорошо знала , кто такие душманы и что такое цинковые гробы из Афганистана и «черный тюльпан» - их непременный зловещий спутник и скорбящий перевозчик.

Окончив учебное подразделение и став механиком-водителем многоосных тяжелых машин, я в числе одиннадцати таких же, как и я солдат срочной службы, вылетел на самолете из Советского Союза в Афганистан. В Воронеже, откуда мы вылетали, уже вовсю шел снег. Кабул же встретил непривычной для нас в это время года жарой, пыльными улицами с редкой растительностью и какой-то напряженной тишиной. А через несколько дней в составе роты из тридцати шести человек мы стали тягачами перевозить танки и тяжелые орудийные системы, что и стало моей солдатской профессией на той войне.

- Приходилось ли вам лично участвовать в боевых действиях?

Война в Афганистане со стороны душманов все время носила характер партизанских действий, поэтому пуля или граната могли прилететь в любой момент и откуда угодно, а стрелком мог стать не только бородатый воин, но и , на первый взгляд, безобидный ребенок или женщина. Я вообще считаю, что любой человек, побывавший в то время в этой стране, невольно становился участником боевых действий, как только самолет пересекал афгано-советскую границу.

Мы на тягачах, как правило, ходили по трассе Шиндант-Кушка, Шиндант-Кандагар и, несмотря на то, что мы всегда шли с боевым охранением в виде бронемашин и вертушек, редко какой рейс обходился без вооруженного столкновения с «духами», так как уж очень заманчивую добычу мы собой представляли.

Менее чем через месяц после того, как я попал в Афганистан, после выполнения очередного задания командования, наша колонна в составе двенадцати боевых машин, возвращаясь на базу, попала в засаду. Произошло это в самом Кандагаре. Представь себе узкие улицы небольшого восточного городка, ограниченные с обеих сторон глиняными дувалами, по которым медленно ползет колонна громадных боевых тягачей. Воздух насыщен запахом солярки, грохотом моторов и ощущением смертельной опасности каждой клеткой твоего тела, каждым нервом. На очередном повороте, где колонна вынужденно замедлила свое движение, головная машина была обстреляна из автоматов и гранатомета. Граната прошила обшивку кабины и, убила сидевшего на пассажирском сидении Коломейцу Сергею, к счастью, взорвалась уже за пределами кабины. Сидевший за рулем автомашины офицер всё же продолжил движение, что позволило всей колонне выйти из зоны обстрела и многим из нас сохранило жизнь. Позже, когда мы вынимали из кабины тело Сергея, с которым я познакомился еще в Воронеже, и затем отмывали от его крови кабину тягача, я понял, что такое реальная война и что такое смерть на этой войне – зачастую не по - книжному героическая, а в этих условиях даже обыденная, с видом которой постепенно свыкаешься. Тогда мне еще не исполнилось и девятнадцати лет. Потом были и другие засады и обстрелы колонны, погибшие и искалеченные товарищи. Незадолго до мобилизации я на своей автомашине даже подорвался на мине и, по счастливой случайности отделавшись только контузией, лежал в госпитале, но эту первую увиденную мною на той войне , в Афгане, смерть, я не могу забыть до сих пор.

- А вам самому приходилось на этой войне убивать?

- Основное жестокое, противное нормальной человеческой природе правило войны в том, что если не убьёшь ты, то убьют тебя, поэтому я был вынужден следовать этому закону войны.

15 августа 1982 года, я вместе с пятью своими товарищами совершал рейс в Кушку. Мы двигались на тягаче по пустынной местности. Когда до границы Советского Союза оставалось несколько километров и мы чувствовали себя практически в безопасности, на нашу машину из засады напали « духи». Моего товарища, ехавшего вместе с нами, Рубцова Виталия из Владимира в первые же минуты боя тяжело ранило. Мы, схватив автоматы, выскочили из машины и заняли круговую оборону. В том бою я убил из автомата двух афганцев. Расстояние между нами было настолько небольшим, что я в момент выстрела мог разглядеть их лица. Бой был скоротечным, и я даже не могу сейчас сказать, что я ощущал в тот момент. Уже после того, как отгремели последние выстрелы и опасность миновала, я, полностью опустошенный от пережитого напряжения, лежал на пыльной земле и наслаждался тишиной, не прерываемой грохотом автоматов.

После Афганистана мне приходилось участвовать в различных вооруженных конфликтах: в 1993 году в Северной Осетии, в 1994 году в Югославии, в 1996 году в Чечне, так что можно сказать, что война стала, пожалуй, главной профессией моей жизни. Но та – самая первая - афганская, больше всего повлияла на мою судьбу, как на судьбу и многих моих сверстников, прошедших через неё.

- Вам известно, как сложилась судьба ваших товарищей после Афганской войны?

- После окончания учебного подразделения в г.Острогожске Воронежской области, в Афганистан вместе со мной было направлено одиннадцать человек. За полтора года в ходе этой войны погибло четверо моих товарищей. Но более всего обидной по своей нелепости стала смерть Широбокова Олега, который, демобилизовавшись и прилетев в свой родной город Орел, умер на трапе самолета, так и не ступив на родную землю - не выдержало сердце. Афганская война выстрелила в сердце каждого советского солдата, побывавшего на ней. Теперь это вопрос только времени, когда эта пуля преждевременно оборвет жизнь солдат, сражавшихся за свою Родину далеко за пределами её границ.

Мы еще долго говорили с этим человеком и об Афганистане и о других войнах, в которых ему то ли по его воле, то ли по воле людей, развязавших их, довелось участвовать, но было заметно, что тропинка в снегу, ведущая к хоккейной коробке его детства и юности ему ближе и дороже всего последующего, что приключилось с ним, начиная с 30 октября 1981 года, когда его нога в солдатском сапоге впервые ступила на раскаленный бетон аэропорта в столице Афганистана – Кабуле.

Я не стал задавать ему вопроса о том, насколько необходима была эта война и чем можно оправдать смерть погибших там солдат и слезы их матерей и близких. Такие вопросы обычно задают из пустого провокационного любопытства, с целью посмотреть на реакцию своего собеседника, но главное, что я понял: Афганская война – всего лишь фрагмент жизни Сергея Пивина. Встречая рассветы и закаты под мирным небом Хакасии,

он никогда не забывает и застывшие улыбки на лицах погибших товарищей, и контуженную взрывами гранат землю, и зловещую тишину на дальних рубежах Афганистана. Он, как никто другой, знает: войны не должны тяжёлыми ранами кровоточить на теле России.

Я возвращался той же тропинкой домой, и один вопрос не давал мне покоя: «Откуда они истоки юношеского патриотизма? Почему из лопоухова вратаря Сережки вырос настоящий патриот, готовый жертвовать собой ради жизни других?» Наверное, истоки юношеского патриотизма – это искренность, чистота, добрые помыслы, любовь к людям, и к своей малой Родине. Не было бы всего этого у Сергея Пивина, не стал бы он жертвовать собой и не вырос бы настоящий человек, жизнь которого – пример нам, молодому поколению!

 

По зову сердца, по требованию Родины

 

Последнее изменение этой страницы: 2016-07-23

lectmania.ru. Все права принадлежат авторам данных материалов. В случае нарушения авторского права напишите нам сюда...