Иоанн Безземельный и Великая хартия вольностей.

В пору развитого средневековья Италия вступила страной городов, где статус города имели более 300 епископских центров, были многочисленные другие городские поселения — бурги, а также замки, представлявшие собой свое­образные хозяйственные и социальные общности.

С XI в. ускорился демографический рост в городах: к началу XIII в. численность населения во многих из них возросла в сред­нем от 5—6 до 30—40 тысяч человек. Менялась и топография - на линейную планировку античного городского поселения накла­дывалась хаотическая средневековая застройка тесных, кривых улиц и переулков, соединенных небольшими площадями. Возни­кавшие на «пустом месте» города имели с самого начала своеоб­разную застройку, часто определявшуюся рельефом местности.

Ремесленники и торговцы предпочитали селиться по принципу профессиональной принадлежности, «по цехам», группируясь во­круг определенных приходских церквей. Из сельской округи в город переселялись не только крестьяне, пополнявшие ремесленную среду, но и феодалы. Рыцари (вальвассоры) предлагали горо­жанам свои военные услуги и нередко активно включались в их торгово-финансовую деятельность. Крупные феодалы (нобили, гранды) оказывались жителями города часто не по доброй воле.

Издавна обосновавшиеся в замках ближайшей и более отдаленной округи города (контадо и дистретто) и наделенные широки­ми иммунитетными правами, феодальные сеньоры по мере роста экономической мощи городов начинали чинить серьезные пре­пятствия их нормальной жизни. Они облагали произвольными пошлинами купцов, не гнушались применять силу к непокорным и творить неправедный суд. В XI в. многие крупные города нача­ли «войну с замками». Так, Флоренции потребовалось почти два столетия, чтобы положить конец самовластью окрестных нобилей. Борьба с владельцами замков стала ее целенаправленной по­литикой, которая проводилась разными методами — от выкупа, частичного или полного, у феодальных сеньоров их судебно-административных и фискальных прав, а также приобретения зе­мель до военных походов, кончавшихся разрушением замков и принудительным переселением их владельцев в город. Так, в 1125 г. Была разрушена мощная крепость Фьезоле, представлявшая осо­бую угрозу для Флоренции. К этому времени ослабела власть сеньоров Флоренции — маркграфов Тосканских, потерявших зна­чительную часть своих владений в округе. Флорентийская ком­муна приобрела фактическую независимость. Было ограничено и влияние епископа — он исполнял лишь религиозные функции. Путь к утверждению власти коммуны, который прошла Флорен­ция, был типичен для многих городов Тосканы, Ломбардии и дру­гих районов Центральной и Северной Италии.

Переселение нобилей в город, пик которого пришелся на конец ХП- начало XIII в., знаменовало победу над замками городских коммун, набиравших экономическую и политическую силу. Од­нако это обернулось для городов и угрозой внутренней нестабиль­ности. Нобили возводили внутри городских стен укрепленные дома-башни, где жили семейными кланами, нередко вместе со своими военными дружинами. Такие дома-башни и поныне со­хранились во Флоренции, Болонье, Сан-Джиминьяно и ряде дру­гих городов. Претендуя на власть в городе, феодальные семейства вступали в ожесточенную борьбу друг с другом, вовлекая в нее пополанов (торгово-ремесленные слои) и плебс. Государственная самостоятельность, которую получили многие города Северной и Центральной Италии к концу XII в., стала итогом борьбы, кото­рую они вели как с помощью денег, так и с оружием в руках не только против окрестных феодалов, но, что еще важнее, против местного сеньора, духовного или светского, а также против верховного сюзерена — германского императора.

К началу XI в. вся полнота власти в итальянских городах принадлежала, как правило, епископам (напомним, что статус города имели центры епископских диоцезов), но иногда и светским сень­орам. Опорой епископа были коллегии консулов, избиравшиеся поначалу из городской знати, а затем и из купечества. Консулы (число их колебалось в разных городах от двух до двенадцати и даже двадцати) участвовали наряду с местным клиром в избрании епископа и помогали ему в административных и судебных делах. Однако постепенно коллегия консулов, ограничивая власть епи­скопа, сосредоточила в своих руках ее важнейшие прерогативы. При этом все дела консулы решали коллегиально. Не всегда, впро­чем, процесс освобождения города от власти епископа проходил гладко. Так, в Милане утверждение независимости города и образование коммуны стало результатом длительной и ожесто­ченной борьбы горожан с архиепископом — трижды поднимали они восстания в 30 — 70-е годы XI в. В 1098 г. в Милане возникла коммуна, а в 1117 г. власть в городе взяла в свои руки коллегия консулов.

В конце XI—XII в. коммуны с консульским правлением сложи­лись в десятках городов Северной и Центральной Италии — в Падуе, Ферраре, Кремоне, Генуе, Пизе, Сьене, Болонье и многих других. Формально статус коммуны подтверждал своими хартиями германский император как верховный сюзерен итальянских земель, оговаривая в этих документах и свои фискальные и судебные права. В XII в., в пору консульского правления, формировались основ­ные властные структуры городских коммун. Высшим законода­тельным органом стал Большой совет (от 300 до 600 человек), включавший представителей городской знати и торгово-ремесленной верхушки. Он не только принимал законы, но и назначал магистратов, а также избирал консулов сроком на год. Исполни­тельная власть, включая суд и командование городским войском, принадлежала консулам. Для контроля за их деятельностью из представителей влиятельных фамилий создавался Малый совет. К концу XII в. города-коммуны превратились в самостоятельные городские республики со своим законодательством и администрацией, с собственным войском, правом чеканить монету, взимать торговые пошлины и т.д. Социальная структура городов-республик была достаточно разнородной. Четко различались не­сколько групп: феодальная знать, имевшая крупные земельные владения в округе, средние и мелкие феодалы (капитаны, валь­вассоры), торгово-ремесленное население (пополо), состоявшее из двух групп — «жирного народа», к которому принадлежали богатые торговцы и ремесленные мастера, ростовщики и менялы, и «тощего народа» — основной массы ремесленников и мелких торговцев. Большую часть жителей города составлял плебс — под­мастерья, наемные работники и пополнявшие их ряды крестьяне, переселившиеся в город. Власть в городе принадлежала знати и представителям «жирного народа». Но со временем ее все актив­нее начинали оспаривать широкие слои пополанов.