Феномен «оттепели» в русской литературе.

Первые послевоенные годы знаменовали переход от героического к прозаическому состоянию мира. Исчезла причина, которая объединяла людей, — война— и возникло ощущение несовпадения личных и общественных интересов. Впервые в русле соцреализма появляются произведения, отражающие ценность отдельно взятой личности: «Золотая карета» Леонова, «Возвращение» Платонова. Война позволила взглянуть на советское общество другими глазами, в людях, привыкших рисковать собственной жизнью и берущих ответственность на себя, пошатнулась вера в справедливость существующего государственного строя. С другой стороны, сама победа воспринималась как мудрость вождя и правильность строя. Поэтому патриотический подъем сохраняется, война оставалась главным переживанием нации на протяжении 20 лет, но усиливается чувство одиночества и вины перед погибшими, такие настроения расходились с официозом. Раскрепощение масс, произошедшее в годы войны и особенно непосредственно после победы сменилось репрессиями конца 40-х — начала 50-х годов и затем «железным занавесом», состоянием холодной войны. Война открыла глаза на социальное устройство общества. Эти разнонаправленные настроения по-своему преломились в художественном процессе. Одну линию задал Казакевич повестями «Звезда» и «Двое в степи» (героико-романтическая), другую – психологического натурализма задал Некрасов повестью «В окопах Сталинграда». Первая линия возвышала войну до апокалиптических высот, другая – бытовая — вывела войну на нравственный уровень, сместилась вглубь советского общества, позволяя определить ценность человека в пограничных условиях. Начинается компания борьбы с космополитами, скатившаяся в откровенный антисемитизм, ошельмовываются Ахматова, Зощенко, Платонов. В этой атмосфере всячески поощряется тенденция помпезности, ложной эпичности и псевдомасштабности, особенно в этом преуспело кино: «Падение Берлина», «Сталинградская битва», «Третий удар». Вновь набирает силу производственный роман, где человек рассматривается в контексте коллектива (В.Кочетов «Журбины»). Все это свидетельствовало о том, что вновь возобладала тенденция соцреализма, кот. преодолевалась во время войны. Новых книг выходило немало, но их художественный уровень был крайне низок, это были скорее иллюстрации к идеологическим догмам, нежели полноценные произведения. Конец 40-х – начало 50-х годов – это самое позорное время в истории русской литературы, когда административная система с новой силой стремилась унифицировать литературу и искусство. Однако и на этом фоне наметились некоторые тенденции, предопределившие появление таких произведений, как К. Паустовского «Далекие годы» (1945) и «Золотая роза» (1953-55), М. Пришвина «Глаза земли», Б. Пастернака «Доктор Живаго», Л. Леонова «Русский лес». Крупнейшим и неожиданным явлением литературы 60-х годов стало её разделение на «городскую» и «деревенскую» вопреки всем традициям русской литературы. Хотя эта терминология вызывала осуждение писателей и критиков, она осталась, выражая суть литературных процессов. «Городская» проза, начинавшая как молодая и исповедальная, осваивала пласты городской жизни, с её конфликтами и бытом, поисками места в жизни и самоопределением героев. «Деревенская» проза исследовала национальные начала народной жизни, в первую очередь крестьянства, его устои и нравственные ценности. Она опиралась на русскую классическую литературу. Проблема традиций, истории народной жизни была характерна для того времени.

Литература русского зарубежья как исторический и эстетический феномен.

Литерату́ра ру́сского зарубе́жья — ветвь русской литературы, возникшая после 1917 года за пределами СССР и России.

Литература русского зарубежья делится на три периода, соответствующие трём волнам в истории русской эмиграции:

· 1918—1940 годы — первая волна,

· 1940—1950-е (или середина 1960-х) годы — вторая волна,

· 1960 (или середина 1960-х) — 1980-е годы — третья волна.

Социальные и культурные обстоятельства каждой волны оказывали непосредственное влияние на развитие литературы русского зарубежья и её жанров.

Первая волна. После революции 1917 года в связи со сложившейся политической обстановкой из страны отъезжало большое количество граждан, которые стали создавать за рубежом «вторую Россию». Начавшаяся в 1918 году первая волна русской эмиграции была массовым явлением (более двух миллионов эмигрантов) и продолжалась до начала Второй мировой войны и оккупации Парижа. В этот период значительная часть русской интеллигенции (философы, писатели, художники) эмигрировали или были высланы из страны.

Расселение представителей русской эмиграции происходило вокруг следующих основных центров: Константинополь, София, Прага, Берлин, Париж, Харбин, Шанхай. Эмигранты уезжали также в Латинскую Америку, Канаду, Польшу, Скандинавию, США.

Жители Финляндии и прибалтийских государств оказались в положении эмигрантов, не меняя места жительства. Там тоже образовались заметные очаги русской культуры.

Несмотря на отсутствие массового читателя и непростое материальное положение большинства писателей, русская зарубежная литература активно развивалась. Выделялось старшее поколение, которое придерживалось направления «сохранения заветов» (И. Бунин, Д. Мережковский), младшее поколение, ценившее драматический опыт эмиграции (Г. Иванов, «Парижская нота»), «незамеченное поколение», писатели, осваивавшие западные традиции (В. Набоков, Г. Газданов).

Вторая волна. В конце Второй мировой войны началась вторая волна эмиграции, которая уже не отличалась такой массовостью, как первая. Значительная её часть состояла из так называемых перемещенных лиц. Большая часть эмигрировала в Германию и США. Оказавшиеся в тяжёлых условиях эмиграции поэты и писатели посвящали немалую часть своего творчества теме войны, плена, большевистского террора. Среди эмигрировавших авторов — Д. Кленовский, В. Синкевич, Б. Ширяев, Н. Моршен, Н. Нароков, одним из наиболее видных поэтов второй волны критиками считается И. Елагин.

Некоторые исследователи относят к второй волне эмиграции Ю. Иваска, И. Чиннова, Б. Нарциссова, живших в 1920—1930-х годах в прибалтийских государствах, находившихся на окраине литературной жизни русского зарубежья.

Третья волна.Третья волна связана в большей степени с поколением «шестидесятников» и их не оправдавшимися надеждами на перемены после хрущёвской оттепели. После посещения Н. С. Хрущёвым в 1962 году выставки художников-авангардистов начался период гонений на творческую интеллигенцию и ограничений свобод. В 1966 году был выслан первый писатель — В. Тарсис. Многие деятели науки и культуры стали выезжать из страны после изгнания А. Солженицына в 1974 году, эмигрируя в основном в США, Францию, Германию, Израиль.

Представители третьей волны отличались от «старой эмиграции», часто были склонны к авангарду, постмодернизму, находясь под впечатлением не русской классики, а модной в 1960-х годах американской и латиноамериканской литературы, произведений М. Цветаевой, Б. Пастернака, А. Платонова. Среди крупных представителей третьей волны — В. Аксёнов, Г. Владимов, В. Войнович, А. Зиновьев, Ю. Мамлеев, А. Синявский, С. Довлатов, И. Бродский.