Память Святого Преподобномученика Евстратия 28-го марта.

Далее на русской земле стали страдать за святую веру Христову князья и бояре. Они являлись представителями гражданской власти на Руси и держались веры христианской до последнего вздоха. Затем своими страданиями они дали всем русским людям великий пример, что за веру святую надо стоять до последней капли крови. Одним из таких русских князей был святой Михаил Черниговский и его боярин Феодор.

КНЯЗЬ МИХАИЛ И БОЯРИН ФЕОДОР

Бога познавши,

стал выше печали,

Взор его видит прекрасные дали,

Миром полны его дни.

Пусть со страданьями,

Путь к совершенству,

Смерть — переход

К неземному блаженству,

К вечному свету — из тьмы.

После половцев русская земля подпала под тяжкое иго татаро-монгольское. Видимо, Господь Бог, давший Руси драгоценное сокровище святой веры, решил испытать русских христиан новыми страданиями. Татаро-монголы поработили Русь на целых двести лет. Они жгли города, княжеские уделы, расхищали боярское добро и увозили в плен девушек и юношей. Ворвавшись ночью в непокорный боярский удел, они избивали всех подряд, сжигали дом и, взвалив на седла коней женщин и девушек, мчались дальше. Эх! Великий князь Владимир! Если бы ты тогда был жив, то не допустил бы Русь до такого позора!..

В те времена русские князья обязаны были являться к хану по первому зову. Их заставляли проходить между двух огней и кланяться татарским идолам. Но наши князья не все шли на это. Они считали Иудиным делом исполнять татарские обычаи. Таким вот и был святой Михаил князь Черниговский и его боярин Феодор.

В 1244 г. князь Михаил и его боярин Феодор были вызваны в Орду. Здесь они отказались исполнить языческие обряды и обычаи. Хан рассвирепел и велел их казнить. “Я — христианин, — говорил святой князь, — и языческих дел не исполню”. Татары бросились на князя, свалили на землю и били, как только хотели. Наконец они отрубили ему голову. Затем татары расправились так же и с боярином Феодором.

СВЯТОЙ РОМАН, КНЯЗЬ РЯЗАНСКИЙ

Не пойти ли мне на сделку

С ханскими жрецами?

Иль крестом разить их смело

С гордыми бесами!

Святой Роман был оклеветан своими, русскими людьми. Хану донесли, будто князь Рязанский поносит татарскую веру. Хан вызвал святого Романа в Орду. “Или смерть, или принимай веру нашу!” — сказал гневно хан Менгу-Темир.

“Христианин не может менять своей веры,” — ответил князь. Татарские чиновники старались склонить князя на послушание хану. “И ваши церкви, и ваш княжеский удел будут благоденствовать”, — говорили они ему. “Жалею о вашей слепоте языческой, — сказал им в ответ князь, — я повинуюсь воле хана, но никто не заставит меня изменить своей святой вере”. Татары накинулись на князя и избили его до полусмерти. Потом бросили в сырой подвал. Святой князь молился, чтобы Господь укрепил его. Ибо он знал, что смерть жестокая ждет его. На другой день его вывели на казнь. Святой Роман говорил о святости христианской веры и о заблуждении татарского язычества. Мучители отрезали ему язык. Затем стали мучить князя с ужасающим зверством. Святому мученику выкололи глаза, отсекли пальцы рук и ног, обрезали уши и губы, затем отрубили руки и ноги. Когда же осталось одно туловище, но еще с искорками жизни, содрали кожу с головы и воткнули голову на копье.

Мученический подвиг святого Романа совершился 9-го июля 1270 года. Древняя летопись затем говорит: “Взлюбленные князья русские, не прельщайтесь суетным и маловременным блеском света сего. Он пустее паутины, меняется каждый час, как тень, как дым исчезает и весь, как сон. Нагими вышли мы из чрева матери — нагими такими и отойдем отсюда. Не обижайте друг друга, любите правду, стойте за святую веру Христову, и вы достигните радости святых, как и сей блаженный князь”.

Так, святая Русь с первых же дней своего христианства имела смелых и верных защитников духовной свободы. Они защищали свое убеждение, не меняя его ни за какие блага земные. Они даже не шли на сделку или сговор со своими поработителями. Оставаясь до конца честными и прямодушными, они тем уподобились Самому Христу, Который не терпел фарисейского двоедушия, лицемерия и продажности.

ПОЛОНИНА

(Равнина на высоких горах, где под чистым голубым небом мирно пасутся овцы).

Наивысша полонина, светлая и ясная,

На горах крутых равнина, дивная, прекрасная.

С закарпатских гор зеленых, выше дебрей и лесов,

Выше скал, отвесов оных, выше дольних голосов.

Там пасутся овчьи стада на лугу зеленом,

Не видать беды и глада на просторе оном…

Эх! Свободная сторонка! Ближе к звездной вышине,

Там трембита плачет звонко, замирая в тишине…

С наивысшей полонины быстро катятся ручьи,

Солнце светит в небе синем, кедров стелятся сучки.

А внизу, в подгорье дивном, в долине прекрасной,

Хижи скромны в ряде длинном в утреннице ясной.

Воды жизни здесь клокочут, в суете несутся дни,

Кто-то плачет, кто хохочет, скорби, тяжести одни.

О святая полонина, безмятежна и чиста!

Освежай ручьями ныне наши скорбные сердца!

Закарпатские вершины — колыбель славянства.

Простота и труд поныне, здесь народ — без чванства.

Вновь текут потоки с гор в русские равнины,

Утоляя сердца вздор, напоив пустыни…

И спешит святой Антоний от Афона до Днепра

Озарять святыней оной вновь пустынные места…

Но народ российский крут, стал с иным законом,

Из пустыни в город прут под ракетным звоном…

Эх вы, русские князья, все вы перессорились,

Нарядились, загордились, со всеми повздорились…

Ты, святая полонина, Богом зданна и чиста,

Освежай ручьями ныне наши гордые сердца!

Помолитесь же о нас, русские пустынники,

Ох! Гнилые мы сейчас стали подосинники…

СВЯТОЙ АНТОНИЙ КИЕВО-ПЕЧЕРОКИЙ

Так святой Антоний Египетский освятил пустыни древнего Востока, так святой Антоний Киевский озарил верой Христовой пустыни русских равнин и насадил монашество в южной части Руси. Это монашеское сокровище он принес с Афона, где подвизался иноком, а потом принял и монашество. Игумен, постригший его, призвал к себе и пророчески сказал ему: “Антоний, иди опять на Русь, там ты будешь утверждением других, и благословение святой горы Афона будет над тобою”. И вот, оставив благодатную гору, где свет Христовой веры сиял солнцем, Антоний идет в родную языческую Русь, чтобы озарить ее этим светом и насадить святое монашество на родной земле.

Святой Антоний прибыл в Киев. Здесь он стал ходить по лесам и горам, чтобы найти себе уединенное место. На одном холме он нашел небольшую пещеру, выкопанную ранее одним пресвитером (Иларионом). “Господи, — взмолился святой Антоний, — да будет на этом месте благословение святой Афонской горы. Утверди меня, Господи, мне здесь поселиться”. Живя в малой каменной пещере, святой подвижник вкушал сухой хлеб, когда через день, когда через два, а иногда и через неделю. Он бодрствовал ночи, молясь Богу, а днем копал пещеры.

Прошло несколько лет. О святом Антонии узнали люди и стали к нему приходить за советом, молитвами, а некоторые захотели жить с Антонием в пустыне. Так пришел святой Никон, потом — Феодосий. Когда собралось около Антония 12 человек, они выкопали другую, больше прежней, пещеру и стали жить в ней. Потом устроили небольшую церковь, которая существует и доныне, под древним печерским монастырем. Здесь святой Антоний прожил 40 лет. Назначив братии игуменом Варлаама, святой Антоний ушел на другой холм, выкопал там пещеру и затворился в ней. Когда же братия умножилась до 100 человек, святой Феодосий (бывший тогда игуменом) просил святого Антония, чтобы он благословил устроить монастырь. Князь Изяслав отвел для монастыря место, и братия устроили первую деревянную церковь, много келий, а монастырь огородили столпами. С этой поры обитель стала называться Печерской, так как иноки жили в пещере.

Преподобный Антоний дважды подвергался изгнанию из своей обители. Враг рода человеческого мстил ему за то, что он основал монашество в земле русской. Первый раз его изгнал князь Изяслав за то, что Антоний постриг в иночество двух княжеских евнухов. Святой Антоний безропотно переносил испытания и молил Бога дать ему терпение в этой скорби. Другой раз тот же князь восстал на святого. И Антоний должен был удалиться в черниговские пределы и жить там один. Но потом сам князь умолял его вновь вернуться в обитель. Преподобный Антоний был незлобив и кроток, он вернулся к братии и жил в затворе еще несколько десятков лет. Молясь в пещере, преподобный, однако, заботился о том, чтобы воздвигнуть каменную церковь в честь Царицы Небесной. И Господь помог ему в этом. Из Царьграда чудесным образам были присланы строители, много золота. И церковь была построена.

Преподобный Антоний скончался в глубокой старости. Умирая, он говорил братии, чтобы они не плакали о нем. Он будет и по смерти заботиться о них и помогать им во всех нуждах и скорбях. (Память преподобного Антония 10 июля). Так, преподобный Антоний положил начало иноческой жизни на святой Руси. Его Печерская обитель перенесла много тяжелых испытаний. Ее не один раз разоряли до основания, но по молитвам святого Антония и Феодосия Печерских она снова восставала из пепла и процветала еще краше чем прежде. Так и теперь, во время последней войны с нацистами, ее взорвали немцы. Великая церковь, как поваленная и поруганная невеста, лежит и ныне в руинах. Сам монастырь находится в весьма печальном положении. Во всей Лавре открыта только одна маленькая церквушка, которая является приходской церковью. О великие основатели иночества на Руси, преподобные Антоний и Феодосий Печерские! Неужели ваши труды померкнут на нашей земле?! Неужели святому монашеству, вами устроенному в земле русской, пришел конец? До каких пор ваша святая обитель Печерская будет в опустошении и запустении? Какую великую просветительную и моральную пользу принесла она южной России! Особенно в тяжкие года испытаний. Теперь она признана ненужной, лишней, вредной. И лежит она поверженная, чистая, целомудренная, увенчанная страдальческим венцом. Лежит в прахе, ожидая своего мученического конца или… скорого доблестного прославления. А вокруг ее расстилается знойная, шумная пустыня… Как и раньше, как и в те изначальные годы. Только над этой “пустыней” в небе рокочут моторы, и тени, темные тени больших крыльев покрывают ее пространство… (Благодарение Богу, ныне Киево-Печерская Лавра живет литургической и иноческой спасительной жизнью — прим. ред.)

* * *

“И скажу им: если угодно вам, то дайте Мне плату Мою; если же нет — не давайте, и они отвесят в плату Мне тридцать серебренников” (Прор. Захария, 11, 12).

ВЕРА

Я с жизнью в раздоре, но ты не подумай,

Что с нею поспоря, ее не люблю я?

Люблю я жизнь с верой, такою, чтоб грела,

И ночь была б белой для всякого дела.

Но если б вы взяли не полную меру,

А только крупицу, зерно моей веры, —

Тогда б закричал я, сраженный потерей,

Завыл бы я, раненный в сердце пантерой.

Что мне в этой жизни осталось тогда бы?

Я был бы вконец уничтожен, ограблен.

Сказать ли яснее, сказать ли вернее?

Я был бы всех нищих на свете беднее!

В небесное счастье хотите, быть может,

Вы светлую веру во мне уничтожить?

Убить мою веру, быть может, вам надо

В грядущую жизнь и грядущее благо?

Вы пулей убить мою веру хотите?

Но нет! Так не выйдет, вы лучше уйдите!

Она за бронею в груди моей скрыта,

И пуля такая еще не отлита!

Ту пулю, что эту броню бы пробила,

Во всем мире темная сила еще не отлила!

ЕЩЕ НЕ ОТЛИЛА! (Н.В.)

ПЯДЬ СВЯТОЙ ЗЕМЛИ

…Воля Божия есть освящение ваше, чтобы вы воздерживались, от блуда. Чтобы каждый из вас умел соблюдать свой сосуд всвятости ичести (1 Фес. 4, 3–4).

Древние святые места, овеянные слезами подвижников, их трудами, потом и молитвами, навечно хранят в себе сокровища благодати Божией. Если даже они находятся в запустении и разорены до основания, все равно в недрах этих святых мест горит неугасающий огонь любви Божией и огонь священного праведного гнева… Когда в Киево-Печерской обители игуменом был строитель Елисей, в одном месте стали копать могилу. Вдруг землекопы остановились в недоумении, что делать дальше: копать или не надо. В глубине земли лежал дубовый гроб. Игумен распорядился вскрыть его. И что же там было? В гробу лежала спящая девушка. Ей было не более 16-ти лет. Она будто вот-вот сладко заснула. Девственный, даже детский ее лик сиял скромной улыбкой непорочности. На розовых ланитах, казалось, играл румянец. Детские уста хранили молчание. Это главное, что привело людей в изумление и страх. А второе — это то, что девушка была одета в драгоценную, шелковую и золотую одежду. На шее почившей были золотые гривны, на руках — золотые запястья и драгоценные перстни. На голове — золотой венец, украшенный драгоценными камнями. Тело святой девицы лежало около церковной стены головой на юг, а ногами — на север. Над ракой был положен камень, на котором был изображен герб князей Ольшанских. На самой же раке была прибита золоченная дощечка с надписью: “Иулиания, княжна Ольшанская. Дочь Г.О. князя, скончавшаяся девой шестнадцати лет от рождения”. Все одежды на святой казались новыми. Но когда прикоснулись к ним, они рассыпались в прах. Святые мощи были облачены в новые одежды и положены в новую раку при большой печерской церкви. В лавре был настоятелем архимандрит Елисей.

Однажды приходит в церковь неизвестный человек и просит, чтобы ему открыли раку святой Иулиании, якобы для поклонения. Екклесиарх Ливерий открыл раку, и тот приложился к святым мощам. При этом он незаметно похитил золотой перстень с пальца святой Иулиании. Когда святотатец стал выходить из церкви, он неожиданно упал на камни и умер. Чтобы выяснить причину смерти, его стали раздевать, и нашли за пазухой похищенный перстень. Оказалось, что это был еретик, арианин, по имени Василий, захотевший надсмеяться над святыми мощами непорочной девицы Иулиании, но был жестоко наказан праведным судом Божиим.

Это только пядь святой земли, хранящей в себе сокровища благодати Божией, любви и мщения. А сколько этой святой земли мы теперь попираем нашими грязными ногами!

В ЯЗЫЧЕСКИХ ДЕБРЯХ

…пленяем всякое помышление в послушание Христу (2 Кор. 10, 5).

Если просветители Кирилл и Мефодий, святой князь Владимир, преподобный Антоний и Феодосий со святым Евангелием распространяли веру Христову и монашество в киевских землях, то в других краях Руси царил мрак язычества. Там была ночь идолопоклонства и непроходимые дебри суеверий. Так как Великий князь Владимир в распространении Евангелия не применял суровых и принудительных мер, то язычество, особенно в отдаленных краях Руси, продолжало жить и свободно развиваться. И вот для просвещения этих народов Господь выдвигал особых людей, которые, не щадя своей жизни, несли свет учения Христова в дебри язычества. Они нередко сами гибли от озлобленной толпы, зато их имена и дело живут вечно в сердцах просвещенных народов.

СВЯТОЙ ЛЕОНТИЙ РОСТОВСКИЙ

Одним из таких самоотверженных просветителей был святой Леонтий, епископ Ростовский. В половине XI века в ростовском крае было довольно много язычников. Святой Леонтий был послан в г. Ростов епископом. Он, желая дать язычникам истинную веру, ревностно проповедовал им христианство. Язычники озлобились на него и собирались убить святого. Они нападали на него ночью, стремясь без народа убить его, но Господь хранил Своего угодника. Наконец, язычникам удалось с бранью и побоями выгнать епископа из города. Святой Леонтий не мог бросить свою ростовскую паству. Он плакал о ней, молился. Ему было жаль людей, погибающих в языческом невежестве. Он, не имея возможности жить в городе, поселился в деревне. Ему даже удалось здесь создать небольшой храм, где он служил и собирал около себя языческих детей. Он их ласкал, кормил пшеницей, сваренной с медом, учил их молитвам и крестил. Обласканные дети любили святого Леонтия и охотно группами ходили к нему. Так создавалась новая юная паства у святого Леонтия. Когда дело немного успокоилось, епископ снова вернулся в город. На первом же богослужении он обличил язычников в их невежестве и заблуждении, угрожая им праведным судом Божиим. “Я вас не пугаю, — говорил ростовчанам святой Леонтий, — мне вас жалко, как детей родных. Вот вы меня выгнали из своего города, и еще выгоните не один раз, но я все равно вас не покину. Убьете меня — и тогда буду молиться за вас. Но знайте, что вы гибнете с вашими гнусными богами. Прошу вас со слезами, выбросьте их вон, этих бесов бездушных, зачем они вам нужны; а если не хотите выбрасывать, не можете, то я сам пройду по вашим домам и выкину их из домов ваших…”

Ростовчане заволновались, загудели; им не нравилась такая настойчивость святого Леонтия. Они собрались большой толпой, с оружием в руках и ворвались в собор, чтобы убить святителя. Святой Леонтий вышел к ним в полном облачении и сказал: “Ну вот, братья мои, убивайте меня, я виноват перед вами, потому что люблю вас много”. Язычники, видя невозмутимое спокойствие святого Леонтия, пали перед ним на землю и многие крестились. Но святой епископ знал, что сатана не отстанет от него так легко. Он добьется своей цели, если Бог допустит его до этого.

Так и случилось. Ростовчане хотя и успокоились немного, но когда увидели, что многие идут к Леонтию и, крестясь, переходят в христианскую веру, бросая всех идолов, затеяли новое дело против епископа. Особенно старались в этом жрецы и всякие шаманы языческих богов. Они видели, что если Леонтий еще побудет здесь два-три года, то им нечего будет делать. Их народ выгонит или повесит, как лакомую кошку. Поэтому жрецы возбудили народ против святого Леонтия. Они стали кричать, что Леонтий растлевает и калечит детей, что он скоро всех сделает нищими и несчастными, что он обманщик и колдун…

Народ, как слепое и послушное стадо, снова вооружился палками, камнями, ножами, топорами. Толпа двинулась к собору, где святой епископ служил Божественную Литургию. Ни увещания, ни угрозы не подействовали на бунтовщиков. Кто был в храме из христиан — все разбежались от страха. Святого Леонтия стащили на средину храма, били, топтали его, пинали и мяли, а потом выволокли за ноги и бросили в глубокий овраг.

Когда же на следующий день гроб святого Леонтия стоял посредине храма на кафедре, то сколько было слез, плача и покаяния!.. Люди со всего города Ростова и его окрестностей пришли проститься с любящим до смерти пастырем. Язычники крестились сотнями и переходили в христианство. А дети! Дети всего города в течение трех суток непрерывно окружали гроб святителя и несли к нему с поля свежие цветы. Так жертвенная смерть святого Леонтия сделала то, чего не могла сделать его жизнь А когда похоронили святого епископа, то на его могиле загорелся костер — горели идолы, стащенные со всего города. Их “заколали” как бы в жертву Единому Истинному Богу ради Его верного служителя святого Леонтия.

И с этого времени “языческие дебри” ростовские стали просвещаться солнцем Христова Евангелия. А потом, спустя несколько лет, этих дебрей совсем не стало.

О великий пастырь, учитель и просветитель ростовского края! Видишь ли ты, что твоя любимая ростовская паства снова заросла языческими дебрями, и тобой усмиренный великий Дон снова волнуется страстями богопротивления…

Ты вновь лежишь в ночи, глаза открыв,

И молишь Бога о родном народе…

Кто же научит их, отдав себя на “срыв”?

Иль кто умрет за них в “культурном” роде?..

СВЯТОЙ СТЕФАН ПЕРМСКИЙ

В северные края России, где язычество также было сильно, свет святого Евангелия принес святой Стефан Пермский. Когда он был еще причетником устюжского собора, в его юном сердце возгорелось желание посвятить свою жизнь на просвещение зырян. Этот грубый, но по-детски простой народ жил по рекам Вычегде и Выми. Они были язычники и почитали идола Воипеля. До слез жалко было юному причетнику этих детей северных лесов. Он просил Господа, чтобы Он укрепил его на великий подвиг просвещения их.

Зырянский язык Стефан немного знал, так что трудности уменьшались намного. Обезпечив себя нужными переводными книгами, иеромонах Стефан (он был уже посвящен в иеромонахи) испросил благословение у московского митрополита, затем, заручившись грамотой от Великого князя, он отправился в глухие пермские края.

Можно ли описать, какие большие трудности перенес молодой миссионер в дремучих лесах пермских!? Как много он перетерпел обид, огорчений, опасностей, издевательств от грубых, упорных иноверцев-язычников! Переносил иеромонах Стефан и холод, и голод, и безсонные ночи, и угрозы, и побои. И какую нужно было иметь веру, терпение, чтобы победить все это! Но молодой миссионер не падал духом. Он целыми ночами молился Богу, прося со слезами у Него милости на свой труд. Днем он шел в кумирницы, где зыряне собирались чествовать идолов. Там Стефан говорил народу, что они худо делают, поклоняясь идолам. Один Бог — Господь Иисус Христос, Который за всех людей пострадал, умер и воскрес, чтобы спасти всех от вечной гибели… Зыряне молча слушали, иногда кивали своими кудлатыми головами, но свое дело — идолопоклонство — продолжали, кажется, с еще большим усердием. Миссионер не расстраивался, видя это. Он с любовью продолжал говорить о Христе, и в некоторых зарождалась вера. Особенно же проповедь стала иметь успех после того, как святой Стефан добился у русского правительства налоговых льгот для зырян. Простой и беззащитный народ обирали разные русские и иностранные купцы, скупая у них за безценок дорогую пушнину и прочую северную продукцию. В некоторых случаях они просто грабили простой народ. Святой Стефан добился правды и законно устранил все эти насилия. Зырянский народ облегченно вздохнул и стал массами принимать крещение. Он полюбил святого Стефана как родного отца, доверяя ему все свои скорби.

В одном месте против святого Стефана восстал главный зырянский волхв Пама. Он издевался над святым Стефаном и грозил ему смертью. Святой просветитель молил Господа, чтобы Он Сам посрамил этого лютого врага Христова. И Бог услышал его молитву. Волхв Пама дошел до такого нахальства, что решил сжечь миссионера в огне. Он велел развести большой костер и сказал святому Стефану: “Мы оба войдем в костер, и чья вера правильная, тот не сгорит”. Святый сказал: “Я не повелеваю стихиями, но Бог христианский велик. Иду с тобой!” И взяв волхва за рукав, потащил его к костру. Пама не ожидал такой решительности святого Стефана и стал вырываться из рук его. Святый сам вошел в костер и, простояв некоторое время, невредимый вышел из него. Народ закричал: “Велик Бог Стефанов!” Поймав Паму, они бросили его в костер, где тот и сгорел. Святой Стефан построил несколько церквей, а на реке Сысоле основал Стефанову обитель. В 1383 г. он послал в Москву просьбу, чтобы дали зырянам епископа. Синод благословил епископом быть Стефану.

Когда святой Стефан, уже рукоположенный в епископа, возвращался из Москвы в Пермь, то ехать ему пришлось в 80–60 верстах от обители преподобного Сергия. Время было полуденное. Святой Стефан сошел с повозки и поклонился в сторону Сергиевой Лавры, прося себе благословения. В это время преподобный Сергий с братией был на трапезе. Почувствовав Духом Святым этот поклон святого Стефана, преподобный Сергий встал из-за стола и взаимно поклонился до земли святому епископу. Братия не знали, что это значит. Тогда преподобный Сергий сказал всем присутствующим в трапезной: “Сейчас святой Стефан Пермский проезжает мимо нас. Он нам кланяется и просит святых молитв”.

Этот дивный случай вспоминается в Лавре и поныне. Когда братия обедают в трапезной, то старший встает и говорит громко: “Молитвами святителя Стефана Пермского и преподобного отца нашего Сергия Радонежского Господи Иисусе Христе Боже наш, помилуй нас!” Братия, кланяясь, отвечают: “Аминь”. Затем снова садятся и продолжают трапезу.

Святитель Стефан поставил новой пастве своих зырянских священников, диаконов, построил церкви, монастыри. Сам он был уже слаб и болен. В 1396 году он приехал в Москву и здесь скончался о Господе, проводя в апостольских трудах 20 лет.

СЕВЕР

Почто опять темнеют горы,

И в мраке пермские просторы?

Иль солнце светить перестало,

Или любовь страдать устала?

Нет, все в порядке, на виду,

Не предвещает нам беду…

Но посмотри, идет туземка,

В душе — холодная поземка.

Ведь светлых парков и асфальта

В тебе так мало, край родной.

Ты посмотри, какая даль-то,

И где душа найдет покой”

Устюг великий, ты стал малым,

Взмельчала Северна Двина.

Моторов шумом величавым

Лесов колеблется волна.

Чего тебе вновь не хватает,

Красавец Север — край родной?

Иль жрецы здесь возрастают,

Туманят душу пеленой.

И кто другой найдется в мире

С горячей, пламенной душой,

На летаке, в автомобиле

Согреть решиться край родной?

Подлить нам в души веры пламень,

Вспахать зеленые края,

И с сердца сдвинуть хладный камень,

Душе дать радость бытия?..

Как много сильных и ученых,

Все жнут на кафедрах хвалу,

Но ведь не знатных, огорченных

Венчает Бог в лесном краю!

Беззащитны, безответны,

Пламенеют там свечой

Христа агнцы неприметны:

Служат Богу всей душой.

Не покроет хлад суровый

Льдами северны края.

Есть пред Богом подвиг новый —

Славь Христа, душа моя!

И святителя Стефана

Дело длится в их трудах,

Власть Божественного плана

Совершится в тех местах!

ПРЕПОДОБНЫЙ АВРААМИЙ ЗАТВОРНИК

К числу просветителей земли Русской относится и преподобный Авраамий затворник. Он весьма ревностно заботился о том, чтобы радость Евангелия Христова была доступна всем людям. Преподобный Авраамий по жребию пошел в одно большое селение, где были самые упорные и жестокие язычники. Никто не шел к этим грубым людям, которые избивали и убивали всех христианских проповедников. Преподобный решил: или умереть, или обратить их ко Христу. Придя в поселение, он с молитвой стал строить небольшую церковь. “Ты кто и чего здесь делаешь?” — спрашивали его язычники. “Я — Авраамий, — кротко отвечал им святый, — хочу построить здесь церковь”. “Нам твоя церковь не нужна!” — кричали озлобленные люди. “Вам не нужна, а мне вот очень нужна,” — говорил Авраамий. “Убирайся отсюда, — грозили люди, — иначе убьем тебя!” — “Убьете — вытащите меня, а сам не уйду”, — отвечал преподобный. “Что будем делать с этим человеком?” — говорили между собой язычники. “Посмотрим дальше, что он делать будет здесь”, — отвечали некоторые из них. Так преподобный Авраамий остался достраивать церковку. Он трудился день и ночь. Был ласков, обходителен с людьми, особенно с больными и детьми. Когда он исцелил одного больного мальчика, то дети стали бегать к нему и помогать в работе. В церковку стали приходить больные. Преподобный помогал им молитвой, потом и крестить стал. “Гнать надо скорее этого колдуна, — говорили начальствующие из поселян, — иначе он всех к себе перетянет!” Но как ни грозили они преподобному Авраамию, он говорил одно: “Я отсюда не уйду, и вас никого не боюсь”. Тогда, собравшись ночью, они сожгли церковку, а преподобного избили до полусмерти и выбросили в поле. Очнувшись, святой снова вернулся в село и стал строить другую церковку. Он никого не ругал, ни на кого не обижался. Язычники не дали строить ему церковь, а вторично избили и оттащили еще дальше от села. Но святой Авраамий опять пришел. Так повторялось несколько раз. “Теперь мы тебя убьем!” — злобно говорили упорные язычники. “Я для того и пришел сюда, — кротко отвечал им старец, — тогда, может, Господь коснется вашего сердца”. И действительно, Господь коснулся грубых сердец язычников. Однажды они собрались на собрание, а старший сказал: “Вы видите безмерную любовь этого человека к нам. Сколько мы его ни оскорбляли, сколько ни мучили, били — он не сказал нам даже обидного слова. Поистине, он послан к нам от Бога”. “Мы все думаем так же”, — ответил народ. Тогда решили все идти к преподобному просить прощения и крещения. Святой Авраамий плакал от радости и благодарил Бога.

Так ревность, терпение, самоотвержение и незлобие обращают к Богу самые грубые и холодные души. А сколько других неведомых тружеников несли свет Евангелия в темные дебри язычества!

Сколько их побили, покалечили, сколько их пало жертвой священной за святое Евангелие! Одно следует сказать, что их благородный труд не пропал, их святая жертва принята Господом. Русский народ не забудет их чтить и уважать их труд вовеки.

СВЯТАЯ ТЕНЬ (из предания)

…Когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая (Мф. 6, 3).

Его имя было неизвестно. Звали его просто “святая тень”. Он так просто, так свято жил, что даже ангелы удивлялись его жизни. Они сходили с неба, чтобы посмотреть, как, живя на земле, можно уподобиться Богу. А человек этот жил просто. Он распространял около себя добро, как звезда распространяет свет или как цветок распространяет благоухание, сам того не замечая. И вот ангелы сказали Богу: “Господи, дай ему дар чудес”. “Хорошо, — сказал Господь, — но спросите у него, чего он хочет”. И ангелы спросили у святого: “Желаешь ли прикосновением рук исцелять больных?” “Нет, — ответил он, — пусть лучше Сам Бог творит это”. “Не желаешь ли тогда, чтобы твое слово обращало грешников на путь истины?” — продолжали спрашивать ангелы. “Нет, это дело ангелов, я молюсь об обращении грешников, но не обращаю”, — отвечал святой. “Может быть, ты хочешь сделаться образцом терпения, привлекать к себе сиянием добродетелей и тем прославлять Бога?” — спросили ангелы. “Нет, привлекая к себе людей, я тем буду отвлекать их от Бога”, — отказался святой человек. “Но что же, наконец, желаешь?” — еще раз спросили ангелы. Он же отвечал с улыбкой: “Чего мне желать? Пусть не лишит Господь меня Своей милости. А с ней у меня все будет”. Однако ангелы продолжали настаивать, говоря: “Все-таки нужно, чтобы ты испросил у Бога дар чудес или мы дадим тебе его насильно”. — “Хорошо, я хочу делать добро так, чтобы самому о том не знать” — отвечал тот. Ангелы смутились и говорили между собой: “Как можно это сделать?” Наконец решили, чтобы тень святого сзади и по сторонам исцеляла больных. Так и было. Когда проходил святой, его тень, им не видимая, имела дар исцеления. Она облегчала скорби, утешала обиженных, покрывала зеленью утоптанные дороги, оживляла увядшие цветы, иссохшим источникам возвращала чистую воду, бледным малюткам — свежесть лица и тихую радость — плачущим матерям.

А святой по-прежнему просто проводил свою жизнь. И народ почитал его смирение; он молча следовал за ним, ничего не говоря о его чудесах, забыли как его настоящее имя, а звали просто “Святая тень”. И как много людей, неверных, жестоких, нераскаянных, он привел к Богу! И свет Евангелия распространялся по миру…

Сколько вот таких “безымянных” тружеников было и есть на нашей необъятной Руси! Их имена известны только Одному Господу Богу.

В ДЕБРЯХ ЛЕСНЫХ

Вы говорите: тщетно служение Богу, и что пользы, что мы соблюдали постановления Его и ходили в печальной одежде (Малахия, 3, 14).

…вот придет день, пылающий, как печь, тогда все надменные и поступающие нечестиво будут как солома… Тогда увидите различие между праведным и нечестивым (Малахия, 4, 1).

К святоотеческому периоду относится и подвижническое дело преподобного Сергия, игумена Радонежского. Его святая жизнь есть не что иное, как просветительный подвиг в северных подмосковных землях.

Когда наша Русь изнывала под тяжким испытанием татарского ига и каждый русский человек потерял уже всякую надежду на свободную жизнь, утратив всякую надежду на свои национальные силы и веру в освобождение, тогда явился преподобный Сергий. Своим добрым и молитвенным духом он вдохнул новые силы в русскую душу, вселил в нее уверенность в победу над вековым насилием.

ПРЕПОДОБНЫЙ СЕРГИЙ РАДОНЕЖСКИЙ

Действительно, как у Господа все делается по-иному, не как у людей! Его планы и мысли совсем другие, не такие, как у мирских людей. Вот, например, и здесь. Чтобы возбудить Русь к новой жизни, чтобы дать русскому народу новые силы, Господь промыслительно направляет преподобного Сергия не в столицу Руси, а наоборот, — в дремучие леса; не на кипучую деятельность, а на тихое молитвенное дело. Этим Господь показывает, что всякое народное, государственное или церковное дело устраивается не по лицемерным дипломатическим каналам и лживым взаимоконтактам, а по скромному молитвенному подвигу святых людей, находящихся далеко-далеко от кипучей мирской суеты.

Один богослов сказал, что обители долговечны те, которые созданы потом и кровью святых. Они живут века. И если разрушают, то вновь они воскресают из пепла. А те, которые сооружены на деньги богатых царей и князей, те обители умирают и уже не могут подняться. К первым и относится святая Лавра преподобного Сергия. Для того, чтобы создать эту духовную твердыню, преподобный Сергий удалился в дремучие леса. Ему было всего лишь 17–18 лет, когда он оставил родителей и ушел подвизаться. Построив в лесной чаще небольшую келейку, Варфоломей (так звали преподобного до монашества) стал день и ночь молиться Богу и упражняться в богомыслии и трудах. В глухом лесу было много зверей, и юный отшельник перенес множество страхов от них. Но больше всего Варфоломей боролся со зверями духовными. Бесы и сам сатана не раз пытались изгнать подвижника из леса. Они к этому прилагали все свои бесовские силы; догадывались, проклятые, что преподобный задает им дело на многие века, что созданная им лавра будет нерушимой твердыней, о которую многие из них разобьют свои бесовские лбы.

Тихо и смиренно подвизаясь, преподобный Сергий не мог скрыться от людей. Господь стал открывать светильник Свой для скорбящих и обремененных. В лесную чащу, один за другим, стал приходить русский народ. Около преподобного образовалась группа подвижников, в числе их преподобный Никон, Михей и другие. Когда в обители была уже церковь и сам преподобный Сергий служил у престола Божия, то враг попытался еще раз выгнать подвижника из святого места. На преподобного Сергия восстала братия, которых он собрал и за которых он день и ночь проливал слезы. Все произошло по зависти за власть в монастыре. “Я хозяин монастыря!” — кричал с клироса родной брат преподобного Сергия Стефан. Монахи не обуздали гордеца, они даже поддергивали его. Преподобный Сергий не стал даже спорить из-за власти. Он рад был спасаться один в гуще леса. И он ушел. Братия спохватилась, стала искать — нет игумена. А преподобный шел все дальше и дальше, в дебри. Пройдя несколько десятков верст, он остановился, выкопал себе пещеру и стал жить в ней.

О, дивное смирение! О, святое незлобие Сергия! Враг торжествовал. Наконец-то он добился своего: выгнал преподобного Сергия из обители. Даже сам ушел, вот как сатана умудрился. Но торжество бесов было преждевременным. Они сообразили, что если Сергий и здесь устроит такой же монастырь, то будет две лавры, а то и три, и четыре… Пожив без игумена, братия увидела, что дела у них идут плохо. Они выбрали из старших братий несколько человек и послали разыскивать преподобного. Нашли его далеко в лесу. Он был доволен своим одиночеством и не рад, что его отыскали. Но, видя в этом волю Божию, вернулся в свою обитель. Виновных он не наказал, а предал все Господу.

Святой Сергий усилил свои подвиги. Он ел через два-три дня, а то и целую неделю был без еды. Господь давал ему силы, он молился и много нес трудов для братии: строил им кельи, пек сам хлеб, просфоры; носил ночью воду и ставил к дверям братских келий. Господь дал преподобному дар исцелений. Вот теперь уже бесы стали явно воевать с ним. Они, по Божиему попущению, вход